Николай Бурляев: «Я 15 лет, как дятел, долбил в эту точку!»

Президент кинофорума «Золотой Витязь» Николай Петрович БУРЛЯЕВ поведал читателям «РД» о боях за русскую культуру

Николай Бурляев, народный артист России. Родился 3 августа 1946 года в Москве. В 1968 году окончил актёрский факультет театрального училища им. Б. Щукина. В 1961–1964 гг. работал в Московском академическом театре им. Моссовета. В 1967–1968 гг. в Московском театре им. Ленинского комсомола. В 1975 году окончил режиссёрский факультет ВГИКа. Снимался в фильмах «Иваново детство», «Андрей Рублёв», «Служили два товарища», «Проверка на дорогах», «Маленькие трагедии», «Военно-полевой роман», «Детство Бемби», «Юность Бемби», «Лермонтов», «Мастер и Маргарита», «Адмиралъ» и других. Режиссёр-постановщик фильмов «Пошехонскаястарина», «Лермонтов», «Всё впереди» и других.С 1992 года – президент МКФ славянских и православных народов «Золотой Витязь».С 26 июля 2010 года – член Патриаршего совета по культуре.

– Николай Петрович, вы были одним из инициаторов принятия Основ государственной культурной политики, которые недавно подписал Президент России Владимир Путин. Какие надежды вы возлагаете на этот документ?

– Я очень надеюсь, что после принятия Основ государственной культурной политики будет меняться климат в обществе. От Основ зависит, кстати, и грядущий Закон о культуре. Поэтому я настаивал в Госдуме и Совете Федерации, что прежде надо принять Основы, а потом, отталкиваясь от этого, уже Закон о культуре. Так оно и вышло.

– Что хорошего в Основах?

– Они декларируют опору на традиционные духовно-нравственные ценности. Когда меня пригласили в администрацию президента на обсуждение, я напомнил девиз «Золотого Витязя»: «За нравственные идеалы, за возвышение души человека!» Государство должно поддерживать произведения, которые поднимают дух человека, а не опускают его, как фильм «Левиа-фан» или инсталляция фаллоса на Санкт-Петербургском мосту. Я 15 лет, как дятел, долбил в эту точку! И невозможное стало возможным.

– Госдума приняла закон о недопустимости мата. Теперь за это полагается административное наказание. А недавно группа кинорежиссёров обратилась в Госдуму с просьбой разрешить мат в кино…

– В своё время один из подписантов этого письма, Фёдор Бондарчук, делал фильм «9 рота» вместе с моим сыном, композитором Иваном Бурляевым. Иван – племянник Фёдора. Сергей Фёдорович Бондарчук Ивану приходится дедом, а Фёдору – отцом. Когда я прочитал сценарий этого фильма, то сказал сыну: «Вань, твой дед, отец Фёдора, делал фильмы и о войне 1812 года, и о войне 1941 года. По Толстому и по Шолохову. И в те времена русские солдаты тоже могли выразиться крепко. Но ни у Толстого, ни у Шолохова нет этой грязи. Сделайте фильм таким, чтобы я мог показать его своим младшим детям». Этот фильм я не показал своим младшим детям. Евангелие от Иоанна начинается так: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Как же бережно нужно обращаться со словом! Словом можно убить, словом можно и возвысить человека. Слово – это выстрел в вечность. А туда нужно отправлять позитив, иначе ты будешь корчиться в непотребстве, когда придёт твой час. Поэтому я категорически против употребления ненормативной лексики на экране. Можно и нужно обходиться без мата. Авторы письма говорят, что это может эмоционально усилить диалоги. Неправда! Эмоциональнее «Войны и мира» Толстого и «Они сражались за Родину» Шолохова трудно представить. Но они обходились без сквернословия. Нужно понимать, что наши кинопроизведения будут смотреть дети.

– Николай Петрович, вы в своё время были одной из самых ярких звёзд нашего кино. А в последние годы вы снимаетесь?

– После роли Иешуа Га Ноцри в фильме «Мастер и Маргарита» прошло почти 20 лет – все эти годы я отказывался почти от всех предложений. Надо признаться, что предложений сейчас не так много. Пришло время деградации киноискусства, время непотребства, время киллеров, ментов, проституток. Поэтому такие актеры, как Бурляев, сейчас не нужны.

Когда я пришёл к нынешнему руководству Минкультуры с просьбой поддержать создание фильма о Сергии Радонежском, услышал такой же рыночный ответ: «Сделайте блокбастер о Сергии Радонежском, экшн “Куликово поле”, вот тогда, быть может, и поддержим». Вот так, в Министерстве культуры до сих пор считают, что главное мерило – это касса фильма, его успешность в первый уик-энд. Они заблуждаются. Фильм «Андрей Рублёв» не имел успеха в первый уик-энд. Более того, он был положен на полку, где пролежал в течение 7-ми лет. А потом фильм прорвался к людям, и за эти 45 лет побил все кассовые рекорды. Я сам видел очереди на этот фильм в Париже, Лос-Анджелесе, Венесуэле… Наша задача – поднимать душу человека, дух нации на более высокий духовный уровень, а всё остальное – приложится.

– С вами в этом фильме снимался выдающийся русский актёр Анатолий Солоницын, игравший Андрея Рублёва. Сейчас, слава Богу, жив его родной брат, замечательный православный писатель Алексей Солоницын из Самары. Вы с ним знакомы?

– Да, мы с ним неоднократно общались. Он даже участвовал в нашем литературном форуме «Золотой Витязь» и был награждён премией.

– То есть получается, что «Золотой Витязь» теперь охватывает собой не только кино, но и литературу?

– Такая идея у меня возникла лет 15 назад, когда я был приглашён на кинофестиваль в Эдинбург, чтобы представить фильмы Тарковского. Там я увидел, что это не только кинофестиваль. Туда приезжают оркестры, театры, выставки живописи… Эдинбург целый месяц принимает все виды искусства. Я тогда задумался, а нельзя ли и в России сделать то же самое? Прошли годы, и 5 лет назад появился Славянский форум искусств «Золотой Витязь». Теперь мы проводим не только кинофорум, но и Международный театральный форум «Золотой Витязь», и Славянский литературный форум, и Славянский форум изобразительного искусства, и Славянский музыкальный форум… За год несколько таких полномасштабных форумов проходят в Москве и в других городах России. Мы показываем всю мощь славянской культуры – светоносной, жизнеутверждающей, недосягаемой для западного мира. У каждого из форумов есть свой почётный председатель. По кино – это Никита Сергеевич Михалков, по театру – Юрий Мефодьевич Соломин, по музыке – Владимир Иванович Федосеев, по литературе – Валентин Григорьевич Распутин, по живописи – Александр Максович Шилов. Это самые эталонные имена нашей культуры.

– А финансирует Министерство культуры РФ?

– Да, слава Богу, Министерство культуры поддерживало нас от 1-го по 23-й форумы – все годы. Но им трудно было не поддерживать, потому что этот форум поддерживал сначала Святейший Патриарх Алексий, который был нашим почётным попечителем. Теперь нашим постоянным попечителем является Святейший Патриарх Кирилл. Идти против этого нашим оппонентам трудновато. Но всё равно нам выделяется мизер. И если бы не регионы, губернаторы, принимающие большую часть финансовой нагрузки на себя, выжить было бы невозможно. Недавно я подписал договор с администрацией Севастополя, согласно которому «Золотой Витязь» отныне и всегда будет проходить в Севастополе в мае и будет именоваться Севастопольский международный кинофорум «Золотой Витязь». В городе построят киноконцертный зал. Думаю, что он будет не хуже, чем в Каннах.

– Кого бы вы выделили из современных режиссёров?

– Если говорить о кинематографе, то я бы в первую очередь назвал режиссёров документального кино, которые создают шедевры без всякой финансовой поддержки. К таким кинорежиссёрам относятся Борис Лизнёв, Татьяна Карпова, Валерий Терещенко, Валентина Гуркаленко, Валентина Матвеева, Сергей Мирниченко… На самом деле я бы мог дальше продолжать этот список, потому что имён документалистов, которых лично я уважаю, гораздо больше имён режиссёров игрового кино. Безусловные лидеры художественных кинолент, которые показывают, что экран может быть полноценным и что можно творить так же, как мы творили в прошлом веке, с такой же ответственностью и на таком же техническом уровне, это, безусловно, Никита Михалков, Александр Сокуров, Владимир Хотиненко… Здесь имён не так много…Что касается театрального искусства, то главные награды «Золотого Витязя» получают, как правило, провинциальные режиссёры и театры.

Это настоящие подвижники! Их не пропагандирует центральная пресса. Это драматические театры из Омска, Иркутска, Владивостока, Красноярска, Саратова, Самары, Вологды… Конечно же, не остаётся без внимания и Москва. Это, безусловно, и Юрий Соломин (Малый театр), и Никита Астахов (Русский духовный театр «Глас»), и Михаил Щепенко (Театр русской драмы). Однако в Москве, как нигде, идёт бой за душу человека. Я приглядываюсь к культурной политике города и поражаюсь недальновидностью градоначальника, который поручил культуру столицы человеку, не имеющему к культуре никакого отношения. Речь идёт о господине Капкове, которого я не имею чести знать лично, но сужу по делам. «По делам их узнаете их». А дела такие. Став руководителем департамента культуры столицы, он начал с ликвидации театра им. Гоголя. К этому театру можно было по-разному относиться, но в нём ставили русскую классику. У театра был свой зритель, спектакли набирали полные залы. А в итоге здание театра было передано молодому скандальному режиссёру Серебренникову, прославившемуся сомнительными постановками. Потом господин Капков заявил в прессе, что он будет «перепрошивать» ещё 20 театров Москвы. Эту «перепрошивку» москвичи видят наглядно. Мне то и дело звонят коллеги из разных театров и рассказывают. В прошлом году позвонили из театра на Таганке, объявили о том, что к ним пришли «культуррейдеры» от господина Капкова, которых он обучает в школе менеджеров по западным технологиям. Заявившись в легендарную «Таганку», они убрали со стен портреты Любимова, Высоцкого, Золотухина, Филатова и повесили там инсталляционную выставку авангардной антикультуры. Я понял алгоритм действий господина Капкова: он закрывает театры на реконструкцию, актёров удаляет на периферию в разные ДК. Так поступили с театром на Таганке, театром русской драмы, духовным театром «Глас», театром им. Станиславского, который вдруг превратился в т. н. «Электротеатр “Станиславский”». Причём все эти здания находятся в самом центре города – что с ними будет в дальнейшем? То же самое касается и музеев, и библиотек. Идёт атака на культуру в городе Москве. Московские руководители должны, наконец, понять, что культура и рынок несовместимы!

– Николай Петрович, актёрскую специальность вы постигали в ведущем театральном вузе страны – в знаменитом Щукинском училище, где хранят традиции великого Вахтангова. Что бы вы хотели сказать сегодняшним студентам «Щуки», других театральных вузов, которые хотят посвятить себя русскому театру?

– В наше время исключительно сложно противостоять законам рынка в искусстве. Поэтому я никогда не хотел, чтобы мои дети пошли по моим стопам. У меня пятеро детей, и одна дочь – Мария Бурляева – всё-таки стала актрисой. Не будучи оригинальным, я хотел бы напомнить нынешним студентам родного Щукинского училища слова великого русского православного артиста Михаила Щепкина: «Театр – это храм. Священнодействуй или убирайся вон!»

Это закон, которым надо руководствоваться каждому русскому актёру.

Беседовал
Андрей Викторович ПОЛЫНСКИЙ