«Современное ТВ погружает душу в преисподнюю»

Создание подлинно общественного телевидения может сыграть важную роль в духовном возрождении народа

Власть предержащие, разумеется, наравне со всеми смертными смотрят телевизор, ровно те же самые каналы, что и крупный бизнесмен, и скромный офисный служащий, и ткачиха, и медсестра, и офицер. Смотрят те же каналы, но как будто другое телевидение. Во всяком случае, вплоть до своего недавнего послания Федеральному Собранию президент России Дмитрий Медведев был абсолютно уверен (и уверял нас!), что телевидение в России – лучшее в мире.

И вот теперь-таки признался: нет, явно не лучшее, а значит, как и многое в нашей жизни, требует оптимизации, модернизации и прочей «-ации». Ровно в духе времени. Уже ведь разве что ленивый не нарек послание Медведева «революционным»: в нем действительно прозвучало много любопытных сентенций, которые до сих пор транслировались разве что десятком-другим либеральных СМИ. Тут тебе и партийный плюрализм, и возвращение к одномандатным округам, и прочие другие прелести, которые, несмотря на все заверения новоиспеченного спикера Госдумы Нарышкина, все же прочно увязываются в более-менее аналитическом сознании в логическую цепочку с протестными акциями после выборов по всей стране.

Идея создания общественного телевидения тут стоит особняком. У данного формата есть противники как со стороны консерваторов, так и со стороны либералов: первые сетуют, что телевидение общественное все же априори проигрывает в нравственном контроле государственному, вторые стращают «возвращением в совок». Истина же, как водится, посередине и вынесена в иную плоскость: общественное телевидение – это прежде всего следствие и индикатор наличия гражданского общества, который днем с огнем упорно ищут в наших краях философы, социологи, журналисты, политики и сам народ, которому уже действительно хочется самому влиять на свою судьбу без оглядок на конъюнктуру. Это телевидение не зависит от рекламы и политики (разумеется, в идеале, если мы берем хрестоматийное определение).

На деле же основная проблема как раз и может возникнуть в правильном понимании сути этого явления. Ведь вспомним, что и предшественник нынешнего Первого канала именовался как «Общественное российское телевидение» – ни больше ни меньше! Однако история показала, что представления об общественном у библиотекаря из Твери и у Бориса Березовского из Лондона имеют непреодолимые стилистические отличия.

Вот и новое «общественное телевидение» имеет все риски, даруемые современностью, стать таковым лишь формально, по сути оставшись все тем же – «самым лучшим в мире» – с лучшей, порой действительно милой рекламой, со скандальными расследованиями измен в среде богемы и остальной чернухой, желтухой и порнухой. И, конечно же, с тем же бронебойным киванием на рейтинги. Разве что теперь они могут не привязываться к прибыли: ее общественному телевидению, по идее, должны приносить сами телезрители путем внесения (как обещают) посильной абонентской платы.

Даром ли гендиректор канала НТВ Владимир Кулистиков в интервью Интерфаксу назвал идею Дмитрия Медведева о создании общественного ТВ «прорывной»? «По сути, речь идет о создании совершенно новой для нашей страны телевизионной структуры», – отметил г-н Кулистиков. Обладающий отменным чутьем на жареное известный медиаменеджер, надо полагать, не кривит душой: это – действительно новая структура. По форме – безусловно. Но по содержанию ли? Кадры в этом деле ведь и правда решают всё, без оговорок. А от кадров, выдрессированных тем ТВ, что есть нынче, ждать ли своей модернизации?..

Инициативу президента о создании общественного телевидения в России в беседе с обозревателем KM.RU поддержал народный артист России, президент Международного Форума искусств «Золотой Витязь» Николай Бурляев:

– Это отрадно, что наш президент наконец поднял эту тему, о которой мы уже давно говорим. Давно уже нужно упорядочить работу телевидения, оно не должно быть настолько вседозволенным, каким сейчас является. Информационно-развлекательная политика современного телевидения погружает душу человека в преисподнюю, и уже поэтому создание позитивного общественного телеканала было бы критически важно.

Но, к сожалению, Дмитрий Медведев, если не считать затронутую им вскользь тему об общественном телевидении, ничего больше не сказал о культуре. Президент вообще практически ничего не говорит о культурной политике государства, о ее развитии, и нас, деятелей культуры, это очень тревожит. Тревожит, что само это понятие не присутствует в президентских посланиях последних лет.

– Вы полагаете, предложение Дмитрия Медведева будет реализовано в полной мере? Не опасаетесь, что найдутся и те, кто будет так или иначе препятствовать?

– Ну, если это все будет введено на официальном уровне, то все препятствия будут преодолимы, включая вопли пятой колонны о том, что, мол, это – возврат к прошлому и в том же духе. Надо упорядочить эфир обязательно. И это – только первый шаг, я так думаю.

– По мнению известного телеведущего Максима Шевченко, общественное телевидение могло бы быть создано на базе уже действующего телеканала – например, Первого…

– Я согласен и убежден, что все же надо переориентировать Первый канал, чтобы он стал именно общественным, в то время как сейчас он является определенно антиобщественным. То, что там можно сегодня увидеть, порой просто омерзительно.

– А если предположить, что будет создано общественное телевидение с прилежащим Общественным советом, – кто из мастеров культуры, общественных деятелей мог бы в него войти?

– Думаю, что это могли бы быть Никита Михалков, Валентин Распутин, Шилов, Андрияка, Федосеев, ваш покорный слуга… Важно, чтобы Совет был представлен деятелями из разных областей культуры.

– А что касается взглядов? Тот же Шевченко предполагает, что члены Совета могли бы представлять самый широкий спектр взглядов…

– Нет, я не согласен. Я выступаю за консервативный подход. За то, чтобы в этом Совете были люди, доказавшие своей жизнью, своим творчеством то, что они преданы Родине, преданы России, то, что они – позитивно работающие люди.

 

Виктор Мартынюк
KM.RU