Николай Бурляев привез в Омск кино

Народный артист СССР Николай Бурляев о том, трудно ли играть Бога, о сатанизме «Мастера и Маргариты», крючках дьявола, о своем договоре с омским губернатором и о том, что следующий «Золотой Витязь» пройдет в Омске.

Актер Николай Бурляев привез в Омск кино. «Мастер и Маргарита» Юрия Кары, пролежавшие на полке 16 (!!!) лет, увидели зрителя. Главную роль в этом фильме, а роль Бога не может быть второстепенной в принципе, сыграл именно он. Это мы вот к чему – омская премьера «Мастера и Маргариты» стала поводом для встречи Николая Бурляева с главой региона Леонидом Полежаевым, итогом встречи актера и губернатора стало решение о том, что XXI международный кинофорум «Золотой Витязь» пройдет в Омске в мае 2012 года.

В рамках предстоящего форума Николай Бурляев намерен показать омичам двести новых фильмов. Это не считая выставок живописи, концертов и презентаций новых книг. Однако Бурляев – это уже не просто «лицо с экрана». Это явление в мире искусства и не только искусства. Его кинофестиваль «Золотой Витязь», появившийся на свет в 1991 году, с момента рождения не испугался быть русским – и остался русским, приобретя международный статус. «Витязя» можно называть феноменальным хотя бы потому, что он появился на свет в абсолютно враждебной атмосфере. Бездуховность – слово, конечно, избитое, но вот явление, которое за этим словом стоит, Бурляев, похоже, считает своим личным врагом.

Он против того, чтобы посредством экрана убивать душу человека. Бурляевский вопрос к прокатчикам всегда один – то, что вы показываете всем, вы показали бы своим детям? Прокатчики дружно говорят: «Нет». Но на каждого прокатчика есть другой прокатчик, значит свою порцию пошлости получат все. Впрочем, Николай Бурляев так и говорит: «Кино и телевидение калечат души наших детей, помните об этом». А если помним, то отговорки вроде: «А что мы можем сделать?» – уже не канают. Незнание еще можно простить, неделание – наказуемо. Альтернатива грязи – только чистота, альтернатива пошлости – нравственность. А нравственность, по Шукшину, и есть правда. И о своем друге Никите Михалкове Бурляев тоже не боится говорить хорошо! Так и сказал по поводу его интернет-новинки «Никиты-бесогона»: «Если бесы после михалковской интернет-атаки завопили, зазлобствовали, значит Никита Сергеевич прав. А что до кличек, то правильный «барин» все равно лучше мелкотравчатого холопа»… Большая сила говорить то, что думаешь, без оглядки. Николай Бурляев, судя по всему, этой силой обладает. Этот невысокий, чуть заикающийся человек привык быть один против толпы, злобной, сытой, сибаритствующей. Про таких, наверное, и говорят – аристократ духа. Николай Бурляев очень неудобный фон для кичливой безвкусицы. В контрасте с ним она ярка до безобразия. Увы, омская «vip» и «гоп»-публика во многом себя такой и показала. «Vip» сначала бурчала на предмет отсутствующего элитного гардероба, а с просмотра выходила сильно «подшофе» – какая «кина без стакана»? И это с учетом того, что сам Николай Бурляев – принципиальный противник пьянства… Ну и омский «гоп» не отстал: то вопросы сыпали, которые ни мэтр, ни окружающие просто понять не могли, то спрашивали на тему, потерявшую актуальность лет десять назад (о мистических приключениях вокруг «Мастера и Маргариты»). Вот Бурляев и отреагировал соответственно, спросил у «вопросанта»: «Вы журналист?» – и печально покивал, как диагноз поставил… А «гоп»-апофеозом стала реплика бритого детины, но явно не «скинхеда», «чего вы нам про наркоманию и алкоголь рассказываете, мы пришли про кино послушать»… Будем, однако, надеяться, что этих твердоголовых жертв эпохи от «vip» до «гоп» Николай Бурляев по-христиански простил.

На страницах «СуперОмска» народный артист СССР Николай Бурляев. Сегодня наша рубрика «Интервью» приобретает форму монолога, который стоит любых самых каверзных вопросов.

Монолог Николая Бурляева:

Я сегодня встречался с губернатором Омской области и мы договорились, что XXI форум «Золотой Витязь» пройдет в Омской области в мае 2012 года. Я привезу к вам замечательных артистов, интересные фильмы!

А теперь, собственно, о фильме «Мастер и Маргарита». Мне не хочется много о фильме говорить, потому что любой фильм должен говорить сам за себя. Но коротко: фильм снимали долго, и к зрителю он шел тоже долго. Более 16 лет фильм пролежал в сейфе продюсера. Вокруг «Мастера» сложилась некая атмосфера ожидания. За это время многие артисты, игравшие в этом фильме, ушли из жизни, так и не дождавшись премьеры. У меня непростое отношение к этому фильму, я непросто шел к роли Иешуа. Объясню почему. Когда роман «Мастер и Маргарита» был широко издан, мы все попали под обаяние Булгакова, мы были потрясены тем, что он себе позволил – в атеистические времена написать об Иисусе Христе и Понтии Пилате! Мы «проглотили» этот роман, не видя, что попадаемся на крючок к дьяволу! И вот когда 17 лет назад мне принесли сценарий и предложили роль Ивана Бездомного, я его прочитал, пришел на пробы и заявил режиссеру Юрию Каре, что играть эту роль я не буду! А потом сказал (хотя сегодня в этом каюсь), что в фильме для меня есть только одна роль – Иешуа. Гордыня, я также заявил, что в нашем советском кинематографе я один более или менее готов исполнить такую роль. Я долгие годы подступался к этой роли. Я по профессии не только актер, но и режиссер, даже хотел поставить фильм по Евангелию. И многие духовные люди говорили мне, что этого делать нельзя, но был один человек, мне он духовно очень близок – это лучший иконописец России игумен Симеон, который сказал, что, если вам, кинематографистам, Господь дал этот окоп борьбы за душу, вы не только можете, но и должны это делать – бороться за душу с помощью кино! Вот таким был мой путь к этой роли. Словом, меня утвердили, хотя я и был в опале за фильм «Лермонтов». За этот фильм меня травили, как Тарковского за «Андрея Рублева». Хотя с «Рублевым» все было проще – главный идеолог КПСС Суслов посмотрел фильм Тарковского, и фильм на семь лет лег на полку. А по «Лермонтову» 22 главных кинокритика прошлись катком! Это я к тому, сколько пришлось пережить Юрию Каре, чтобы отстоять мою кандидатуру перед худсоветом!

И вот после утверждения я целый год мучился – искал грим, искал, как решить этот образ актерски. Родственники мои были в ужасе – брат решился играть Христа! И вот как раз в это время роман Булгакова стали анализировать люди, богословски искушенные, их вывод был страшен – роман Булгакова написан с позиций Воланда, с позиций Сатаны! И многое в романе стало очевидным! Ведь все эти так остроумно выписанные образы – Коровьев, Бегемот – это бесы, исчадие ада! Так прошел год съемок, начались проблемы на фильме, умер оператор, и я, согласившись на роль, потребовал убрать из текста моего героя все антиевангельские моменты (напомним, Иешуа Булгакова ставит под сомнение правдивость записанных Левием Матфеем хроник, по сути, дезавуируя истинность Святых Евангелий. – Прим. ред.). Впрочем, из других киноверсий эти антиевангельские моменты не убраны – их авторы грешат и «топят» самого Булгакова еще больше. Юрий Кара согласился с моим требованием, и все антиевангельское из текста было убрано. В общем, наша съемочная группа прибыла на Святую землю, в Хайфу. Я решил, что перед съемками мне необходимо побывать у гроба Господня, исповедаться, причаститься. И один из наших бывших сограждан вызвался проводить меня в Иерусалим. И вот знаковое для меня событие – в храме Гроба Господня я оказался ночью совершенно один. Шла ночная литургия, и из мирян я там оказал один, представляете! Я оказался у этой плиты, мог думать, молиться в одиночестве, монахи, служащие литургию, не обращали на меня внимания, проносили чаши над моей головой, кресты… Это особое чувство… В эту же ночь я получил благословение, исповедался и причастился.

Вот с этого по-настоящему началась моя работа над образом Иешуа. Мы начали снимать фильм и работали без ощущения греха, было высоко, было чувство, которое можно передать только этим словом – «высоко»! Я недавно напомнил Юрию Каре о том, как он мне помог. Как это было: первый рабочий день, я одет, загримирован, стою я и два разбойника, камера, Понтий Пилат, и вот-вот начнется, Кара крикнет «мотор» – и все начнется! Но я вдруг понимаю, что сейчас начну врать, я не знаю, что мне играть сейчас, я не готов абсолютно, сейчас включится камера, и все увидят, какое я ничтожество! Юрий Кара что-то почувствовал и бросил мне из-за камеры всего одну реплику: «Да ведь он же всех любит», – и вот эта реплика выбила «пробку» из моей головы, и пошел поток такой светлой, чистой, удивительной энергии, я просто подключился к этому потоку, через меня, грешного человека, в мир хлынула любовь – это потрясает! И удалось это состояние продлить на все кадры, где есть Иешуа в этом фильме! Но сейчас, если бы мне предложили такую роль, я бы безоговорочно отказался! Все-таки люди не должны касаться таких образов, не должны… Но тогда… Свою гордыню я удовлетворил, увы… И еще, я видел фильм три раза, когда он был окончен, и когда пробовали отставить от режиссуры Юрия Кару. Нам – мне, Гафту, Вертинской – показали фильм с тем, чтобы мы помогли в отстранении Юрия Кары от монтажа… Фильм шел четыре часа и мне не понравился, но к своей работе я не мог придраться. Не было такого ощущения, какое у меня бывает от собственной работы – все плохо, все на штампах… Я ругаю почти все свои роли в «Военно-полевом романе», «Андрее Рублеве» и т.д. Нет, здесь этого ощущения не было, я в «Мастере и Маргарите» был только антенной, принимающей необъяснимую для меня энергию.

Но вот собственно фильм выходит, рад я этому? И да, и нет. Актерские амбиции удовлетворены, а остальное… Все зависит от того, как вы будете глядеть этот фильм. Моя рекомендация проста, у меня пятеро детей, младшим 14 и 16 лет, и вот для меня есть только один критерий – стал бы я показывать этот фильм своим детям? Так вот, «Мастера и Маргариту» я бы своим детям показывать не стал! Роман и все, что с ним связано, написано с позиций Воланда. И роман, и фильм – это его, Воланда, территория, у Иешуа там слишком мало пространства, а все остальное – нечисть, так что будьте бдительны!

superomsk.ru