“Золотой Витязь”: борьба за русское наследство

«Золотой Витязь” — фестиваль для провинции. Не потому, что детище Николая Бурляева — действо “второсортное”. Наоборот! Именно здесь всерьез говорят об идеологии, о государственных задачах, здесь выступают любимые народом артисты, показывают фильмы, достойные самых высоких оценок.

Но страна наша давно уже негласно поделена на Москву и остальную Россию, и в мегаполисе, отравленном ядом вынужденного мультикультурализма и ложно понятой толерантности (в основном к порокам), такое событие, скорее всего, легко бы “утонуло” в болоте относительных ценностей и общественного равнодушия. Не то — провинция. Здесь еще сохранились островки “твердой почвы”, люди все на виду, ценности тяготеют к традиционным. И потому “хождение в народ” государственно мыслящей творческой интеллигенции неизменно оказывается успешным. “Золотой Витязь” в этом году проходил в Липецке, это был уже 18-й кинофорум, и фестиваль, без сомнения, стал реальным культурным событием общероссийского масштаба.

Судите сами: в рамках форума состоялся “круглый стол” “Будущее Российского государства и текущие задачи национального кинематографа”, который вел Никита Михалков и где приняли участие не только режиссеры, сценаристы и актеры, но и советник Президента по культуре Юрий Лаптев, представители Федерального Собрания, глава администрации Липецкой области Олег Королев. Конференция “Духовные традиции. Кинематограф славянского мира” собрала деятелей экрана из России, Украины, Белоруссии, Болгарии и Сербии. Дни славянской письменности и культуры в Липецке проходили при непосредственном участии “Золотого Витязя”; за время кинофорума состоялись десятки выступлений прославленных артистов на концертных площадках, включая города области. И конечно же шли кинопоказы — зрители увидели более двухсот конкурсных лент из 24 стран мира. Но дело даже не в количестве. Девиз фестиваля “За нравственные идеалы, за возвышение души человека” обязывал организаторов к строгому и взыскательному отбору.

Итак, “Золотой Витязь” привез в Липецк политиков и интеллектуалов (на “круглом столе”, например, выступил Сергей Кургинян, и речь его произвела большое впечатление на собравшихся), режиссеров и актеров, знаменитых зарубежных артистов (среди которых особо блистал поляк Ян Новицкий), начинающих кинематографистов и документалистов, а также весьма разнообразную кинопрограмму. А что же именитые гости получили взамен? Прекрасную работу по организации фестиваля, внимание со стороны светских и духовных властей (представители Липецкой епархии были включены в состав жюри), добросердечное гостеприимство и чуткого, внимательного зрителя. Культурный обмен состоялся: “хождение в народ” показало, что, несмотря на массированную телеобработку низкопробными зрелищами, в провинции все еще сохраняется стремление к нравственному идеалу.

* * *

Ну а теперь — о кино. Фестивальную программу открыл документальный фильм Бориса Лизнева “Царское дело”. Картина про Ивана Грозного оказалась весьма своевременной — в эти же дни на телеканале “Россия” шел сериал Андрея Эшпая про первого русского царя. Многосерийная телесага показала нам, как заметил один из зрителей, “приблатненного Василия III, великую княгиню, бегающую в сорочке перед боярами в Думе, речь Ивана о необходимости первого Судебника, поскольку не было на Руси законов со времен “Правды Ярославовой” (это при том, что дедушка Грозного Иван III принял Судебник в 1497 году), и т. п.”. И радикальный вывод: “Я бы предложил создателей фильма показательно пороть на Красной площади. И транслировать это действо по ТВ”.

Остается только гадать, зачем государственному каналу надо было занимать эфирное время сим долгоиграющим уныло-истерическим зрелищем. А вот 52-минутный фильм Бориса Лизнева заслуживает самой широкой аудитории. Картина весьма спорная — в ней нет ни слова о тех деяниях, которые обычно ставятся в вину Ивану Грозному (опричнина, убийство сына, жестокость), но то, что перед нами произведение искусства, сомневаться не приходится.

Весь фильм основан на подлинных посланиях и духовных произведениях Грозного, а также на тех челобитных и письмах, которые направляли царю его противники и единомышленники. Диву даешься — прошли столетия, а мало что меняется в царском деле! Из посланий Грозному: “А что же вельможи твои, которым города и веси отданы в кормление… они думают только о наживе”. И потому: “Нельзя царю без грозы быть! Как конь без узды, так и царство без грозы”. А вот еще одно народное пожелание: “Искорени содомский грех и хмельное питие в царствии твоем”. Прямые аналогии с сегодняшним днем, когда поборники порочных наклонностей требуют себе “равных прав” и преференций. (Кстати, на “Золотом Витязе” один из участников высказал радикальное предложение: гей-парад все-таки разрешить, но только в День десантника.)

Безусловно талантливая содержательная сторона фильма (Иван Грозный был, пожалуй, лучшим писателем своего времени!) дополняется оригинальным видеорядом. Это, конечно, инсценировка, но сделана она с большим вкусом и тактом и вполне передает дух эпохи. У автора есть своя позиция, воля, аргументация, убежденность, и все это, помноженное на мастерство, действительно делает картину заметным явлением нашей документалистики. И в то же время рождает множество вопросов, споров.

Мнение оппонентов фильма широко представлено в современной “популярной” псевдоисторической литературе: де, Грозный был шизоидом, больным человеком, отсюда и его “странности правления”. Но есть один весьма четкий критерий нормальности или девиантности того или иного государственного деятеля. История, в том числе и новейшая, показала: при шизоидах государства не прирастают территориями, они “ужимаются”. (Не хочется приводить свежих примеров, но на ум сразу приходит эксцентричный президент Грузии, жующий галстук.) Первый признак удовлетворительного правления — увеличение численности населения страны, а не убывание его. Но когда в стране бурно “размножаются” чиновники, а деревня вымирает — это не норма, а патология. Об этом и напоминает зрителю фильм Б. Лизнева: главное царское дело — государство содержать в порядке. А оценит или нет тебя история по достоинству — дело второе (вот и Сталин, как считают гуманисты-умники, “шизоид”, поскольку оставил после себя великую державу, а из личных богатств только два френча и шинель; мыслимо ли эдакое для цивилизованного человека?!).

Кинодокументалистика долго, как никакой другой жанр, сопротивлялась давлению “рынка” и конъюнктуры. К сожалению, “Золотой Витязь” показал, что талантливые фильмы с четкой авторской позицией, вроде “Царского дела”, становятся редкостью. Многие ленты демонстрируют упадок жанра — в мастерстве, в отсутствии глубины. Зато появляется излишняя “пластичность” авторского замысла. Вольно или невольно режиссеры ориентируются на современный телеформат, приспосабливаются под его весьма прискорбный уровень. Быть сегодня умным, содержательным, убежденным, честным — значит, сознательно обречь себя на известность в весьма узких кругах. И потому из массовой документалистики уходит живая жизнь, “простой” человек, народ. Большая редкость — научно-познавательное кино отечественного производства. И это при том, что все наши каналы в массовом порядке закупают фильмы производства Би-би-си и Дискавери.

Но… позвольте! Эта ситуация вам ничего не напоминает?! Как-то: массовый завоз сомнительного продовольствия из-за границы и удушение собственного сельского хозяйства?! Или: обрушение легкой промышленности, дабы “помочь” китайским и турецким производителям тряпья?

Вопрос “Кому это выгодно?”, чтобы отечественный крестьянин, рабочий и интеллигент был лишен работы, деградировал и превращался в люмпена, оставим для другой статьи (хотя ответ всем давным-давно известен). Кинорежиссер Валентина Гуркаленко заявила на фестивале, что “наш “Леннаучфильм” — единственная специализированная студия, оставшаяся в живых на всем пространстве бывших стран Варшавского договора. Какой ценой мы ее удерживали — это отдельный рассказ. Мы пережили вторую блокаду, потеряли здоровье. Но мы ее сохранили как ядро, на котором можно восстановить научно-познавательный кинематограф”.

Какое образование нам нужно? Какие профессии будут востребованы в XXI веке? Что будет Россия строить? Над чем работают современные ученые? Это лишь малая часть тем, которые должен поднимать научно-познавательный кинематограф. Ясно же, что Би-би-си тут нам никак не поможет! И что вырастить режиссера научного кино — это совсем не то что подготовить репортера, снимающего сюжеты про маньяков и медийных блудниц. Так чего же мы медлим? Почему находим государственные деньги для безумных биеннале или для бессмысленных шоу, вроде “Евровидения”, а для тех, кто действительно работает на будущее, держим в кармане фигуру из трех пальцев?!

* * *

Признаться, это тоже риторические вопросы. Потому что, как заметил, выступая на “круглом столе” доктор философских наук Виктор Тростников, “демократия есть власть народа, а капитализм есть власть денег. Но властвовать должен кто-то один! Такого не бывает, чтобы одновременно правили и народ, и деньги”.

Тростников своим простодушным комментарием угодил в самую точку. Действительно: либо люди, либо деньги, либо царь, перед Богом ответственный. На “Золотом Витязе” зрители увидели документальный фильм Виктории Фоминой “Пространства жизни”, главный герой которого — академик Борис Раушенбах. Один из основоположников советской космонавтики, человек громадного интеллекта, знаменитый наш современник, личность которого поражает своим масштабом. (А сколько в нем было простодушия, юмора!.. Жена вспоминает, что свое интернирование в годы Великой Отечественной войны (Раушенбах разделил судьбу немцев Поволжья) он воспринял совершенно спокойно и считал не трагедией, а благом, поскольку за время заключения хорошо выучил математику.) Так вот, для Бориса Викторовича главным в жизни были высокие цели. “Вы готовы ради торжества рыночной экономики пожертвовать жизнью?” — спрашивает с экрана Раушенбах и сам же недоуменно пожимает плечами — глупость и мелочность такой цели для него очевидна. Умер академик в марте 2001 года, за четыре дня до затопления орбитальной станции “Мир”… Неужели вместе с такими людьми навсегда ушли в прошлое и великие цели, великие идеи, которые несла миру Россия?!.

Специфика власти денег, власти капитала такова, что его рулевые за торжество рыночной экономики расплачиваются не своими жизнями, а чужими. Очень тяжелое впечатление оставила документальная картина украинского режиссера Юрия Терещенко “Пейзаж после мора”. Фильм не только о голоде начала 30-х годов XX века, но и о современном положении дел в украинском селе. Пейзаж поистине страшный — провинция потонула в водке, в одном только селе Большая Фосня Житомирской области действует 118 точек по торговле горилкой, а за месяц, пока шли съемки, от пьянства скончались шестеро мужчин… Молодежь полностью дезориентирована, пьет, развратничает и совсем не спешит создавать семью.

Украинцам вторят братья-славяне — режиссер Владимир Краев в своей художественной ленте “Разговоры о пустяках” с документальной точностью свидетельствует о современной болгарской провинции, где “на двести верст в округе — ни одного младенца”. Зато есть огромное кладбище и сумасшедший дом… А вот серб Стефан Арсениевич в картине “Любовь и другие преступления” показывает нам до боли знакомые по “лихим девяностым” кадры становления “малого бизнеса” на своей родине. Бизнес малый, а крови человеческой пролито много. Но ради чего?! Чтобы потом, когда страсти улягутся, понять: “бизнес”, то есть жизнь ради денег, даже больших денег, пуста и никчемна, это проигранная и бесплодная жизнь.

А все начиналось с разрушения СССР, с уничтожения идеального и великих целей, и славянские страны, за редким исключением, разделили нашу судьбу. Власть капитала победила власть народа — в планетарном масштабе. Дальнейшее господство капитала, причем капитала транснационального, с роковой неизбежностью ведет страну к экономическому хаосу, социальному коллапсу, культурной деградации, а в перспективе — к развалу России. Сегодня, кажется, этого не видит только слепой.

И тогда встает вопрос: что делать? Потому что помимо тяжелого внутреннего положения у нас непроста и внешнеполитическая ситуация: никогда еще русский народ не сталкивался одновременно с тремя глобальными вызовами — НАТО, Китай и мусульманский мир. Выступая на “круглом столе” “Будущее Российского государства и текущие задачи национального кинематографа”, Сергей Кургинян конкретизировал задачи нынешнего дня: “Когда меня спрашивают “что делать?”, я говорю: а кто все это будет делать? Кто? Люди, заявившие, что “бабки мы делаем здесь, а аэродромы у нас на Западе”? Люди, которые давно разместили свои семьи вне России и для которых “эта территория” — дойная корова, которую надо сначала доить, а потом забить на мясо?! Часть из них чувствуют, что время, когда надо переходить от молока к мясу, близко. Вот он, этот исторический рубеж, рядом”.

Но есть у нас пока и другие люди. Они в Липецке и в Рязани, в Воронеже и во Владивостоке — во всех городах и весях России. Это они ведут ежедневную “партизанскую войну” против власти денег, за сохранение позиций государства — в культуре, в идеологии, в экономике, в армии… И их, этих людей, пока существенно больше, чем тех, кто уже давно решил отказаться от “русского наследства” в пользу своих заокеанских управляющих.

Проблема состоит в объединении под одним знаменем всех здоровых сил общества. И организаторы “Золотого Витязя” такую попытку сделали. На фестивале был принят “Манифест кинематографистов”, который может подписать любой гражданин страны, если разделяет идеи, заложенные в документе.

“Манифест…”, как считают его авторы, должен стать народным референдумом за сохранение русской культуры, за будущее страны, созидательная политическая стратегия которой невозможна без подлинной культурной стратегии. Ну а пока… Если вам хочется и далее пребывать в духовном младенчестве и безмятежности, включите телевизор. У нас все хорошо и если что и плохо, то это не с вами…

www.russia-today.ru